В незапамятные, древние времена у домбры была всего одна струна, а у птицы таукудирет – только одно крыло. У самца таукудирета единственное крыло росло с правой стороны, а у самки – с левой.

Домбра и с одной струной могла издавать звук, но в глубине словно чувствовала, что ей чего-то недостает. А таукудирет день и ночь изливал свою тоску Тенгри, моля даровать ему два крыла, чтобы свободно парить в небесной вышине, и без конца взывал: «Кудирет-ау, кудирет».

И вот однажды самец таукудирета задумался.
«Чем так без конца горевать, лучше попробуем взлететь», – сказал он самке. И тогда они, прижавшись друг к другу, разом взмахнули крыльями. В тот же миг их тела оторвались от земли, и птицы взмыли в небо. Земля осталась далеко внизу, а две птицы свободно заскользили по воздушной вышине. Ветер подхватил их крылья и понес еще выше. Сердца их трепетали от радости, и оба таукудирета благодарно воскликнули: «Кудирет-ау, кудирет! И за это тебе хвала!»

С тех пор, говорят, Тенгри стал даровать птенцам таукудирета по два крыла.

Услышав об этом, домбрист крепко задумался.
«Если птица взлетела, когда соединились два крыла, что будет, если и у домбры станет две струны?» – подумал он. И решил натянуть на домбру вторую струну. Когда он коснулся пальцами двухструнной домбры, из нее полился дивный звук, какого прежде никто не слышал. Радости домбриста не было предела. И в тот же миг он посвятил свой первый кюй птице таукудирет. В этой мелодии он рассказал и о ее прежней тоске, и о том, как она взывала к Тенгри: «Кудирет-ау, кудирет», и о той радости, с которой две птицы, опираясь друг на друга, поднялись в небо.

И в самом деле, когда слушаешь этот кюй, в некоторых местах кажется, будто сама домбра повторяет: «Кудирет-ау, кудирет…»