Есть спектакли, которые живут по законам репертуара: появляются, исчезают, возвращаются через несколько лет. А есть произведения, к которым театр обращается как к собственной памяти. Для «Астана Опера» опера «Абай» Ахмета Жубанова и Латифа Хамиди давно стала именно такой точкой.

Новый сезон театр открывает не премьерой и не попыткой удивить неожиданным названием, а возвращением к произведению, которое уже стало частью национальной оперной традиции. В этом жесте есть особая логика: прежде чем двигаться дальше, сцена будто заново сверяет себя с тем, с чего начинается ее культурная опора.

Тем более что нынешнее обращение к опере совпадает со 120-летием Ахмета Жубанова и Латифа Хамиди. Но юбилей здесь скорее повод услышать знакомую музыку еще раз, уже из сегодняшнего дня.

За дирижерским пультом – Алан Бурибаев, правнук Ахмета Жубанова. Для него эта партитура существует одновременно в двух измерениях – как крупное произведение казахстанской музыки и как часть собственной семейной истории.

В своей редакции Бурибаев стремится вернуть партитуре первоначальную ясность и убрать позднейшие наслоения. Такой подход особенно важен именно для произведений, которые исполняются десятилетиями. Чем дольше живет спектакль, тем больше вокруг него появляется привычек, трактовок и сценических решений. Иногда для нового звучания необходимо не добавить что-то еще, а, наоборот, вернуться к исходному замыслу.

В этом смысле «Абай» в новом сезоне звучит не как музейная классика, а как живое произведение, которое продолжает меняться вместе с артистами.

На сцене будут два разных Абая. Один уже знаком публике в исполнении Жаната Шыбыкбаева, другой появится впервые – эту партию готовит Талгат Галеев. Новые имена появятся и в других ролях: Артур Габдиев дебютирует как Айдар, Бибигуль Жанузак – как Ажар.

Именно такие дебюты особенно важны для большого репертуарного театра. Спектакль может десятилетиями оставаться в афише, но каждый новый голос меняет его внутреннюю температуру. Один артист делает героя более сдержанным, другой – драматичным, третий открывает интонацию, которая раньше оставалась незаметной.

Поэтому повторение в театре никогда не бывает настоящим повторением.

Постановка «Абая», созданная более десяти лет назад, сама по себе уже стала примером встречи нескольких художественных традиций. В работе над ней сошлись казахстанские и европейские мастера – Есмухан Обаев, Ержан Даутов, Джанкарло дель Монако, Эцио Фриджерио, Франка Скуарчапино.

Эта комбинация определила и визуальный язык спектакля. Национальная музыкальная основа здесь существует не в изоляции, а вступает в диалог с европейской сценографической школой. Благодаря этому история Абая получает масштаб, понятный не только локальной, но и международной театральной аудитории.

И все же главное в этом спектакле остается не в декорациях и не в костюмах.

В центре – фигура Абая как человека, который оказался между традицией и необходимостью перемен. Именно поэтому опера не устаревает вместе с эпохой, которую изображает. Ее конфликт связан с гораздо более широкими вопросами – выбором, ответственностью, столкновением старого и нового, ценой внутренней свободы.

Возможно, поэтому театр и возвращается к ней в момент открытия нового сезона.

Дальше сцену ждут другие истории. В репертуаре появятся новые балеты и детские постановки, состоятся гастроли, международные проекты, встречи с зарубежными театрами. Но все это будет уже следующим движением.

Первый шаг сделан через «Абая». И в этом есть определенная символика. Театр начинает сезон с произведения, которое напоминает: движение вперед не обязательно означает разрыв с прошлым. Иногда, наоборот, чтобы найти новый путь, нужно сначала вернуться к тому, что однажды сформировало твой собственный язык.