Как в театральных цехах «Астана Опера» оживает древняя история

Как в театральных цехах «Астана Опера» оживает древняя история

До премьеры балета «Томирис» остаются считанные дни, и сейчас древняя история рождается не только в репетиционных залах. Она собирается по частям в театральных цехах – из ткани, дерева, металла, света и десятков деталей, которые зритель, возможно, заметит лишь на несколько секунд.

К премьере, которая пройдет 26–27 ноября на сцене «Астана Опера» при поддержке Министерства культуры и информации РК, готовят сотни костюмов и около тысячи предметов реквизита. В швейных мастерских создают образы сакской царицы, воинов и персидского войска, а в бутафорском цехе – предметы, которые должны вернуть на сцену атмосферу VI века до нашей эры.

Сегодня бутафорский цех действительно напоминает мастерскую из далекого прошлого. Здесь стоят мешочки с куртом и разноцветными специями, кувшины, сундуки, коробки с курагой. Каждая вещь выглядит так, будто у нее уже есть собственная история.

– Наши мастера стараются создавать реквизит не на один спектакль, а так, чтобы он мог служить много лет и сохранять первоначальный вид, – рассказывает художник-бутафор театра Инкар Ахметова, показывая коробку с курагой. – Часть бутафорских плодов закреплена на крышке горячим клеем. Даже если ее перевернуть, они останутся на месте. Такой прием придумали сами мастера нашего цеха.

Здесь же создают доспехи сакских и персидских воинов, декоративные светильники и головные уборы шаманов. Последние прошли несколько этапов обработки: основу сделали из пенопласта, затем покрыли папье-маше, выровняли поверхность, окрасили в золотой цвет и нанесли узоры.

– После этого мы добавили поталь. Когда на сцену падает свет, поверхность начинает мерцать, и возникает эффект настоящего золота, – говорит Инкар Ахметова.

Масштаб работы лучше всего передают цифры. Только небольших предметов изготовлено около тысячи: 30 кувшинов, около 60 мечей, более 50 щитов, порядка 60 копий и множество других деталей.

В швейном цехе ритм другой, но напряжение не меньше. Здесь история буквально собирается на кончике иглы. Для премьеры создают 256 костюмов, и каждый артист проходит не менее трех примерок. Главная задача – сохранить визуальную монументальность образа, не лишив танцовщиков свободы движения.

– Мы стараемся использовать максимально легкие, но качественные ткани. Благодаря обработке они могут выглядеть тяжелыми и массивными. Например, один из серых костюмов напоминает металлические доспехи, хотя на самом деле он очень легкий, – рассказывает заведующая цехом Айжан Шаукенова.

Одной из новых задач стала и сценическая одежда с диодной подсветкой.

– Для нас это первый подобный опыт. В целом спектакль обещает быть очень масштабным и интересным с технической точки зрения, – добавляет она.

Особое внимание уделено образу самой Томирис. Ее внутренний путь передается через пять разных костюмов.

– В начале балета она появляется перед народом в белом платье. После гибели сына и мужа возникает образ, связанный со скорбью. Затем следуют костюмы, передающие одиночество и уязвимость, позже – момент, когда героиня вновь обретает силу. В финале, после победы, Томирис выходит в национальном одеянии, – объясняет технолог театра Айгуль Рыспаева.

Эта логика продолжается и в сценографии. Японский художник Йоко Сеяма не стремится буквально реконструировать древний мир. Ее задача – создать пространство, которое будет ощущаться достоверным, но при этом останется современным театром.

– Я убеждена, что современные театральные приемы помогают приблизиться к древнему миру, не утратив его сути. Для меня важно не просто воспроизвести исторические детали, а создать пространство, которое ощущается подлинным для этой истории. Моя цель – поэтическая среда, где прошлое становится настоящим не как историческая иллюстрация, а как живой опыт, – отмечает Йоко Сеяма.

Музыкальный язык спектакля создавался по тому же принципу – не как попытка буквально восстановить звучание сакской эпохи, а как поиск собственной интонации между историческим образом и современным восприятием.

Композитор Хамит Шангалиев признается, что именно эта задача оказалась одной из самых сложных.

– Если использовать только инструменты симфонического оркестра, музыка приобретает европейское звучание. Если полностью перейти на национальные инструменты, появляется слишком выраженный фольклорный колорит. Поэтому нам пришлось много экспериментировать. В партитуре можно услышать интонации казахской степи, но есть и современные музыкальные элементы, – рассказывает он.

Работа над музыкой шла в тесном контакте с хореографом-постановщиком Султанбеком Гумаром.

– Султанбек приходил один-два раза в неделю, делился своими мыслями. Я включал музыку, он показывал движения, и мы сразу понимали, насколько одно соответствует другому. Рядом с нами работал музыкальный редактор и аранжировщик Алибек Альпиев, который помогал дорабатывать материал и постоянно делился своими замечаниями.

В спектакле заняты солисты и артисты кордебалета «Астана Опера». Партию Томирис исполнят София Адильханова и Торгын Лебен. В образе Спаргаписа выступят Досхан Зайдин и Ислам Кайпбай, Кира представят Айдан Калжан и Жаксылык Саукымбек. Последний в первый день также исполнит партию мужа Томирис – Рустама бахадура, а во второй день этот образ представит Амир Хван. К партии Арнавы готовятся Алина Зырянова и Лимара Айдарова, Марту исполнят Лимара Айдарова и Амина Кисембаева, шаманов – Ерсултан Тойгулов, Нурлытан Руслан и Абай Юсупов.

Для Софии Адильхановой партия Томирис прежде всего связана с внутренней драмой героини.

– Очень важно понимать все происходящее в спектакле, чувствовать его историю и масштаб. Эмоционально эта партия сложная. Особенно сильными для меня остаются сцены Томирис с сыном. Здесь нужно правдиво показать ее тревогу, силу, стойкость и мужество. Для меня Томирис – сильная женщина не только как воин, но и как личность. Потеряв близких и пережив тяжелые удары судьбы, найти в себе силы продолжать жить и вести за собой народ – это требует огромной внутренней силы.

Для Торгын Лебен этот образ станет важной вехой в ее сценической биографии.

– Томирис для меня – не только историческая личность, но и символ свободы и стойкости. Через эту партию мне хочется раскрыть себя с новой стороны и передать зрителю ее дух. Она требует большой физической силы и выносливости, но не менее важны эмоциональная глубина и внутренняя подготовка. Я стараюсь показать ее смелость и твердость характера, но одновременно сохранить женственность, материнскую нежность и уязвимость, – говорит артистка.

Сейчас все элементы будущей постановки существуют отдельно: костюмы висят в швейном цехе, реквизит заполняет мастерские, музыка звучит на репетициях, а артисты ищут характер своих героев.

Через несколько дней все это соединится на сцене.

И древняя история Томирис начнет жить уже не в музейной реконструкции, а в пространстве современного балета.

81
18.11.2026